Однако, разодрать плотную межконфессиональную и межнациональную ткань Москвы в Текстильщиках не удалось – всё-таки столичный текстиль скреплялся веками и прочен. Но вскоре произошло ещё одно событие, косвенно указывающее на то, что скандал имеет синтетическое происхождение и подогревается искусственно. Так «совпало», что в пятницу, 8 октября, разразился конфликт из-за того, что мусульманам учинили препятствия, перекрыв обычные пути к Соборной мечети на проспекте Мира. В тот день к месту еженедельного пятничного намаза прибыли дополнительные силы милиции и ОМОНа, а руководство спорткомплекса «Олимпийский» перекрыло определённые входы и выходы. Судя по всему, городские власти готовились к мероприятию… гораздо более массовому, чем обычные собрания мусульман на пятничную молитву. Почему это произошло именно в этот день? Наиболее логичным объяснением является то, что именно на 8 октября руководством мечети была сделана заявка на проведение джума-намаза, численно превышающего обычную молитву, совершаемую мусульманами в пятницу. Впрочем, это всего лишь одна из версий. Однако, так или иначе, последователи Ислама не смогли пройти обычным маршрутом, из-за чего был поднят совершенно беспредметный шум в прессе. В итоге, как было сказано, ситуацию спасли имамы, которые успокоили верующих. Если всё было именно так, как и изложено в заявлении СМР, откуда в таком случае в нем появилась строка о том, что мусульмане начали сбор подписей в поддержку строительства мечети в Текстильщиках? Кто же поднял эту волну? Не будем гадать, для чего понадобился скандал Московской патриархии, если, конечно, «православные активисты», организовавшие волнения в Текстильщиках, действительно были представителями РПЦ. Гораздо интереснее в данном случае активность в защите прав московских мусульман со стороны СМР, который раньше, мягко говоря, не проявлял особого рвения в строительстве мечетей и – в партнёрстве с Лужковым – создал чуть ли не первый в мире феномен «асфальтового намаза». Кстати, недавно СМР был втянут в авантюру по объединению всех мусульман страны под своей эгидой (и под новой «шестиконечной звездой» дум-управленцев). Но этот проект, как известно, не увенчался успехом. А если бы увенчался? – то по логике вещей, московский «асфальтовый опыт» распространился бы по городам и весям… Горько так говорить – а разве есть аргументы против?
Давайте вспомним: что, где и когда не удалось? Словарная статья Дамира Хайретдинова написана не вчера, явно есть недоучтённые факты, что-то новое – собрать их смогут мусульмане Москвы, участвовавшие в попытках созидания нормальных условий. Не берусь подводить окончательную статистику, но вообще, по некоторым данным, мусульманам столицы и её гостям выделялись даже не 8, а 11 участков, три из них отпали на такой ранней стадии, что даже мэрия Москвы не стала их считать. Но восемь или одиннадцать - здесь уже не суть важно, главное - почему они не были построены? Из открытых источников можно достоверно узнать, что участки выделялись на Ижорской улице, в Строгино, на шоссе Энтузиастов, в Марьино, на Софийской набережной, в районе метро «Тульская». Все эти участки не были освоены… Была попытка выделить у метро «Тульская» место для стройки по заявке Координационного центра мусульман Северного Кавказа – близ 3-го транспортного кольца. Тогдашний председатель этого центра Магомед Албогачиев подготовил соответствующий проект мечети. По имеющейся информации, тогда мэрия попросила Албогачиева согласовать этот вопрос с Гайнутдином. Но братья из СМР наложили вето на это решение. В итоге кавказскому центру участка не дали… под предлогом переноса каких-то складов. Следующий показательный сюжет: в престижном центре, почти напротив Кремля, на Софийской набережной. Таджуддин с 1995 года добивался там земли для строительства мечети. Наконец, в 2002-2003 году ему "засветила" Софийская набережная. Тогда этим вопросом занимался представитель ЦДУМ в Москве Рустам Валеев. И снова повторилась история… с вето СМР. А Лужков, как известно, всегда прислушивался к рекомендациям именно руководителя СМР, с которым был в дружеских отношениях, игнорируя при этом другие мусульманские центры. Так вот, подхваченная прессой шумиха с запланированной мечетью в Текстильщиках, а также «спасение имамами СМР ситуации, которая чуть-было не вышла из-под контроля», были призваны сохранить ситуацию, сложившуюся при Лужкове, продемонстрировать новому мэру, кто является главным и единственным представителем мусульман в Москве и Московской области. Поэтому весь этот спектакль и был разыгран перед приходом нового столичного руководства. Зачем? А чтобы продемонстрировать, «кто здесь начальник». Вырисовывается примитивная картина: лидер СМР преследовал две задачи: первое – сохранить Москву и МО под исключительно своей протекцией, чтобы не пустить сюда ни Таджуддина, ни кавказцев, ни кого-либо ещё. То есть, он как бы обозначил: единственной диалоговой стороной для светских властей и общества в целом является СМР, и только с ним можно вести диалог о каком-либо строительстве в Москве! Это задача, так сказать, стратегическая. А вот вторая задача, тактическая – сохранить так называемое «общественное крыло СМР», к которому недавно были предъявлены претензии со стороны Минюста РФ, о чём уже не раз писали СМИ, освещая проблему правового нигилизма среди отдельных деятелей ДУМов России. Подумайте сами: ведь при такой постановке вопроса, когда притесняют мусульман, не давая им строить мечети, ни одно должностное лицо не решится на исполнение решения суда (о сносе до конца года здания ИКЦ на Минской улице) в отношении организации, выступающей от имени многомиллионной общины, не правда ли? Кстати, шумиха вокруг мечети – это ещё и удобный повод главе СМР попросить о встрече с новым мэром сразу после его назначения, как он уже это сделал с и.о. мэра Ресиным: воспользовавшись поводом Текстильщиков, поехал к нему на следующий же день. Интересно, а каковы же могут быть дальнейшие действия СМР в такой, скажем прямо, острой для него обстановке? Вот вариант развития по накатанному сценарию. Глава СМР отказывается от строительства в Текстильщиках, как он отказался уже ранее от других восьми, а по некоторым данным от одиннадцати участков, и говорит городским властям: «Мы же вам уступили в Текстильщиках в самый острый период! Я же - единственный переговорщик, хозяин, и я вам уступаю. Но и вы пойдите мне навстречу! Во-первых, без меня других мечетей не стройте, как это было при Лужкове, тогда я обеспечу вам здесь порядок. Во-вторых, сохраните мои структуры, наподобие общественного крыла СМР, к которому имеются серьёзные претензии со стороны Минюста». В итоге в накладе опять останутся мусульмане столицы и наши гости, вынужденные молиться на асфальте. А ведь вопрос строительства мечети в Текстильщиках, равно как и в других районах, можно было бы решить посредством создания согласительной комиссии с представителями местных жителей. В этом случае и «православные активисты» лишились бы возможности использовать ситуацию. Современное демократическое законодательство вполне позволяет спокойно, в рабочем режиме решать такие вопросы, без ажиотажа и волн беспокойства в прессе.
Что мэр грядущий нам готовит?
Итак, впору задаться вопросом: будет ли новый мэр работать с мусульманами так же, как работал Лужков, или формат будет новым? Лужков по факту признавал только одного лидера одной из структур, оставляя всех остальных за пределами поля. А ведь от этого, как показывает практика, зависит то, будут ли в дальнейшем продолжаться мытарства московских мусульман. СМИ уже поведали, что «Сергей Собянин помог тюменским мусульманам построить мечеть». О двух таких случаях рассказал глава регионального Казыятского управления Фатых Гарифуллин: «Первый связан с участием Собянина в период выборов губернатора в празднике Ураза-байрам в городе Ишим, второй – с губернаторским траншем из бюджета на завершение строительства мечети в городе Ялуторовске». Много это или мало? Случайность или осознанная политика? Равны ли для этого политика все перед Законом или есть «более равные»? Решает всё в городе Градоначальник лично своим произволом или следует букве и духу Закона? – Аллаху алим, знает это лишь Создатель! Поживём – и очень скоро – увидим. Джаннат Сергей Маркус, 21 октября 2010 года